В честь Международного дня музыки стоит вспомнить тех, кто внёс вклад в литературу и философскую мысль, но также проявил себя как композитор.

Многие выдающиеся русские писатели, такие как Пушкин, Гончаров, Булгаков, Чехов и Достоевский, с юных лет испытывали страсть к музыке. Они заключали крепкие дружеские союзы с композиторами, которые сохраняли свою силу на протяжении всей жизни. Так, в 1888 году Антон Чехов встретился с Петром Чайковским и подарил ему свой сборник рассказов «Хмурые люди». Писатель и музыкант даже задумали совместную работу над оперой «Бэла», основанной на произведениях Лермонтова. Однако планы разрушила судьба: в 1890 году Чехов отправился в экспедицию на Сахалин, а в 1893-м скончался Чайковский. Некоторые классики не ограничились лишь дружбой с авторами мелодий – они сами взялись за создание музыкальных произведений.

Жан-Жак Руссо
Этот мыслитель эпохи Просвещения, ставший идейным предшественником Великой французской революции, также не остался в стороне от музыкального творчества. Среди его сочинений наиболее известна опера «Деревенский колдун», премьера которой прошла в 1752 году.

Н. М. Карамзин, побывавший в Париже на этой постановке, поделился своими впечатлениями в «Письмах русского путешественника»:

«С величайшим удовольствием слушал я музыку этой превосходной оперы. Парижанки были правы, утверждая, что её автор должен обладать тонкой чувствительностью!.. Я представлял себе, как он, в бороде и растрепанном парике, сидел в ложе Фонтенеблоского театра во время первого показа своего произведения, стараясь скрыться от взглядов восхищённой публики».

Энтони Берджесс
В Англии Берджесс ценится как композитор не меньше, чем как писатель. На его счету около 40 музыкальных произведений: одноактная опера «Доктор Фауст" (1940), опера «Троцкий в Нью-Йорке» (1980), балетная сюита для оркестра «Мистер У.С.» (1979) и многое другое. Сам Берджесс считал себя в первую очередь композитором.

Музыка играет важную роль и в его литературных произведениях. В знаменитом романе-антиутопии «Заводной апельсин» (1962) Бетховен вдохновляет главного героя на насилие и дарит ему ощущение сверхчеловечности:

Слушая Бетховена, я чувствовал себя наравне с самим Господом Богом, который вправе карать и миловать этих никчёмных людишек.

С помощью музыки Берджесс отвечает на вопрос: могут ли сосуществовать возвышенное и насилие, и если да, то что получится из этого союза.

Эрнст Теодор Амадей Гофман
Страсть писателя к музыке выдает уже его имя: в 1805 году он заменил «Вильгельм» на «Амадей» в честь любимого Моцарта. Хотя романтики часто одухотворяли музыку, Гофман внес неоценимый вклад в формирование этого мифа. Яркие тому примеры – новеллы «Дон Жуан» и «Кавалер Глюк», дебютная работа автора, появившаяся на страницах «Всеобщей музыкальной газеты».

Как композитор Гофман трудился усердно: его творческое наследие включает 85 произведений, среди которых оперы, балеты и камерные сочинения. Наиболее успешной стала опера «Ундина» (1816), высоко оцененная Карлом Вебером.

Владимир Фёдорович Одоевский
Князь Одоевский с юности любил музыку, став выдающимся музыковедом и одним из основателей русского музыкознания. Многие ученые считают, что в композиторском деле он достиг успехов, сопоставимых с литературными.

Он писал фортепианные и органные пьесы, вальсы, колыбельные, а также музыку к стихам Пушкина, Крылова и Некрасова. Кроме того, Одоевский authored учебник «Музыкальная грамота, или Основания музыки для немузыкантов».

В его петербургском салоне собирались Лист, Вагнер и супруги Шуманы, а сам князь дружил с Глинкой. Музыкальные мотивы глубоко проникли в его прозу, особенно в повесть «Саламандра», насыщенную песнями.

Под влиянием гофманского «Кавалера Глюка» Одоевский создал «Труды кавалера Джамбаттисты Пиранези» (1831), а годом ранее опубликовал новеллу «Последний квартет Бетховена», посвященную памяти великого мастера. Также князь интересовался конструкцией органов: в конце 1840-х годов для него изготовили кабинетный орган «Себастианон» в честь Иоганна Себастьяна Баха, однако этот инструмент не сохранился.

Фридрих Ницше
Музыкальное искусство стало для Ницше ранним увлечением, опередившим по времени знакомство с философией; первые попытки сочинять он предпринимал еще в детские годы. Расцвет его композиторского таланта пришелся на середину 1860-х годов, когда философ создал цикл фортепианных миниатюр и вокальных произведений, для которых тексты преимущественно брались из стихотворений немецких поэтов. Тем не менее, впоследствии сам Ницше оценивал свои музыкальные эксперименты довольно скептически.

Музыка занимала в жизни мыслителя особое место. В 1868 году он познакомился с Рихардом Вагнером, и между ними завязалась крепкая дружба, длившаяся несколько лет. Однако позже их пути разошлись. После разрыва Вагнер подверг критике работу Ницше «Отзвуки новогодней ночи» (1872), а сам философ окончательно порвал с бывшим кумиром лишь спустя время, изложив свои претензии в трактате «Казус Вагнер» (1888).

Георгий Иванович Гурджиев
Основоположник «Четвертого пути» и создатель Института гармонического развития человека, Гурджиев глубоко уважал музыку, несмотря на полное отсутствие музыкальной грамоты. Он импровизировал мелодии, напевая их или играя на рояле одной рукой, а нотную запись и оркестровку поручал своему ученику Томасу де Гартману, с которым начал сотрудничать в 1916 году. Совместные произведения они называли музыкой для «движений» и «священных танцев». В 1929 году их творческий союз прекратился.

Для Гурджиева музыка носила сакральный характер: она благотворно воздействовала на личность и могла погружать человека в трансовое состояние. Математик из Великобритании Джон Беннет в мемуарах «Свидетель. История исканий» так описывал процесс работы:

«Новички отрабатывали движения на сцене, в то время как группа русских учеников собиралась вокруг рояля, за которым сидел Томас де Гартман, высоко держа голову, словно птица. Гурджиев начинал отбивать ритм по крышке инструмента. Как только ритм становился понятным всем присутствующим, Гурджиев напевал или играл мелодию одной рукой на рояле, после чего уходил».

Гартман продолжал развивать музыкальную тему, и если Гурджиеву это не нравилось, он громко выражал протест, на что Гартман отвечал яростными возгласами, и начинались страстные споры. Внезапно Гурджиев издавал властный крик, после которого воцарялась мертвая тишина... И Гартман начинал вновь играть ту же тему...

Музыка и литература не так далеки друг от друга, как может показаться. Многие писатели находили в музыкальном творчестве вдохновение для своих книг – а некоторые, как Берджесс, и вовсе считали сочинение музыки главным делом своей жизни.

Материал подготовила
Маргарита Четав, библиотекарь
Центральной городской библиотеки